urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwindПролетая мимо...... или - всё будет.Сlancy2009-12-06T15:33:37Zurn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:51618Кросспост, поскольку касается2009-12-06T15:33:37Z2009-12-06T15:33:37Z<a href="http://www.ecmo.ru/news/n-259/">http://www.ecmo.ru/news/n-259/</a><br /><br />Поездка в этот лес - одно из моих воспоминаний.<br /><br />Комменты отключаю, они тут незачем.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:51437Конкурс МЗ2009-11-23T12:48:47Z2009-11-23T12:48:47ZРабота на конкурс Мирового Зла, выложена сюда по условиям конкурса. Ничего особенного под катом нет.<br /><br />clancynorthwind<br />Clancy<br />Если здравый смысл и противоречит идее путешествия во времени, то законы квантовой физики - нет.<br />Солнечный свет.<br /><br /><a name="cutid1"></a> Валентин покинул дом в девять часов дня. Первое солнце ушло за горизонт полчаса назад, второе - бывшая Луна, а сейчас просто Солнце-2 - только поднималось. Судя по сводкам погоды, щит сегодня был в почти идеальной форме и редкие прохожие находились в безопасности (при условии, что они не забыли утренние таблетки и не находились под открытым небом дольше трёх часов). Встроенный в карман рубашки прибор должен был подать сигнал о поиске укрытия за час до истечения срока.<br /><br />Однако сегодня Валентин не собирался задерживаться даже на час. Моноцикл ждал его у русла высохшей реки - городские власти приняли решение сохранить те места, где раньше протекала открытая влага, в знак памяти о прошлом и надежды на будущее.<br /><br />Водителя не было, прозрачная карточка с установленной программой маршрута лежала - как Валентин и заказывал - под защитным пластиковым куполом. Невидимая под невидимым, двойная защита - ведь украсть можно только то, о чьём существовании знаешь...<br /><br />Валентин переключил взгляд на восприятие четырёхмерности и повернул рукоятку направления в ту сторону, что перпендикулярна длине, ширине и высоте. Изнурительные тренировки, выворачивающие мозг наизнанку, не прошли даром, и приступ рвоты, подкатившей к горлу в момент, когда мир стал плоским, оставаясь объёмным - был подавлен.<br /><br />Вниз, сквозь время, напрямик и вовне. В прошлое, двадцать третий, двадцать второй, двадцать первый век... то время, когда Луна ещё была Луной, когда отцы людей из "Заговора Арес" ещё ходили в школу.<br /><br />Остановка. У дома Александры Семёновой за день до того, как она встретит своего будущего супруга. Двадцать шестое августа 2017-го года. Валентин знал, что очень похож на своего предка, и в этом и заключалась часть его плана.<br /><br />Дальше - просто. Перехватить на вечеринке по случаю дня рождения Александры - эта девочка и в шестнадцать лет, и позже, будучи преподавателем физики в заштатном вузе, принимала только такое обращение. Занять внимание, занять чужое место, применить некоторые достижения психологии будущего. Всё как в фильмах и сказках, всё по плану. Иногда лучше играть по правилам, даже если эти планы были набросаны теми, кто не имел представления о реальности. Как старые фантасты.<br /><br />Вывести на балкон, настроить разговором о музыке - Валентин вспомнил, сколько времени он потратил на то, чтобы отличать джей-рок от гимпа. Но время уже не играло роли, гость из будущего чувствовал уходящие минуты.<br /><br />Вино было чуть крепче, чем обычно. Простейшие таблетки, подавляющие критичность... обнять за плечи, сделать так, чтобы взгляд девушки был направлен в сторону Луны.<br /><br />Шепот-предложение, вежливый отказ. Сказки о вампирах и оборотнях, рассказ про эволюцию, если бы Луны не было изначально, испуганный шепот, прижимающееся поплотнее тело девушки. И наконец - старый, старый мотив - мечта о тёплой Земле. О том, как хорошо было бы, если бы на полюсах цвели яблони. О том, что Земля слишком далеко от Солнца... но двигать её не в человеческих силах. Зато - уже можно взорвать Луну. Заставить её сиять. Дарить тепло, а не пустую красоту. Уже почти можно, совсем немного... Валентин слышал по дыханию, как тает девушка, знал, что его слова сейчас проникают внутрь, не анализируются сознанием. Движения ладоней по спине и груди. И наконец - финальный штрих.<br /><br />Волевым усилием сменить цвет глаз, вытянуть и заострить черты лица, удлинить уши. Прикосновение острыми клыками к губам, и шепнуть: "Ты сидишь рядом со смертью".<br /><br />Шаблоны древних сказок сыграли как надо, Валентин обозначил символическую попытку удержать вырывающееся тело, крик разнёсся над тихим двором. "Вампир" проводил спину Александры Семёновой - своего предка в шестом поколении, а сейчас не более чем испуганной девчонки - взглядом. Улыбнулся и растаял в воздухе, вернувшись в своё время.<br /><br />И долго стоял, устремив взгляд на небо, в сторону серебристо искрящейся Луны. Под небом, не скрытым за сполохами щита. "Заговор Арес" был успешно пресечён ещё до рождения. В самом деле, кто станет думать про идею, которая связана с собственным безумием?<br /><br />Валентин улыбнулся и посочувствовал той версии себя, которая до сих пор продолжает жить в мире под щитом. Фантасты были правы и в этом - каждое вмешательство разделяет мироздание на независимые ветви. Однако темпоральная служба пока не нашла способа преодолеть эту независимость и наладить контакт с другими ветками себя. Тем не менее Валентин знал: если понадобится, он сделает это снова.<br /><br />Позднее он проверил исторические записи. Волны изменения затухли за два поколения до его рождения, и свадьба, состоявшаяся с его "конкурентом" на три месяца позже той, что должна была быть без помехи, не повлияла ни на что. Где-то - на один семестр - выбран не тот институт, брошен после первой же сессии. Где-то - поход в горы и смерть на неделю позже. Ещё одно доказательство существования плана и схемы, предопределённости.<br /><br />Почему-то Валентину казалось, что автор этого мира - тот, кто исправляет помарки и ошибки - не сердится на тех, кого создал, лишь иногда раздраженно шевелит бровями, когда очередную кляксу на листе мира созданные им уборщики устраняют чуть позже, чем могли бы...<br /><br />Валентин фыркнул и прекратил мысль, потому что она неизбежно приводила к известному: а что, если ты и сам - клякса и ошибка?urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:51170Техническое2009-11-21T17:43:32Z2009-11-21T17:43:32ZКоротко: есть проблема с компьютером (он проводит странный ребут-сразу-после-бута). Завтра с утра буду прогонять тест оперативной памяти (как часть комплекса процедур, направленных на устранение проблемы). Проблема старая, просто раньше эта штука происходила раз в полтора-два месяца, а в течение ноября - чуть ли не еженедельно. За последнюю неделю - уже дважды.<br /><br />Если что - не теряйте, сказки ещё будут.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:50821Рассказ с Грелки-18, "Анэст"2009-11-17T09:36:29Z2009-11-17T09:36:29ZВзял 1 балл в группе, причём ценность этой оценки для меня близка к нулю. Не лучшее, но редактировать (по крайней мере сейчас) не буду. Итак...<br /><br /><a name="cutid1"></a><div class="ljcut" text="— Три миллиона жизней - это плата за независимость?!"><div class="text_content"><br /><br />— Три миллиона жизней - это плата за независимость?! <br /> <br />Максим чуть задержался с ответом, наклонил голову (не забыть про лёгкую улыбку. Зуб ныл протяжно и уверенно, боль отдавала в висок) и кивнул.<br /> <br />Корреспондент ждал.<br /> <br />— Да. Можете назвать это так. Но вы понимаете, что каждый из вас так или иначе умрёт?<br /> <br />Собеседник Максима прищурился:<br /> <br />— Да, конечно.<br /> <br />— Тогда почему вам не нравится, что кто-то сделал это раньше?<br /> <br />Улыбнуться. Руку ладонью вверх, пальцы навстречу корреспонденту.<br /> <br />— Зато смотрите, что получилось - Анэст открыт и доступен не только мистикам и безумцам. Раньше вы называли это раем, адом. Валхаллой или Аидом. Кто-то прикасался к Анэсту, сгорая в испанке, кто-то ходил вдоль границ во снах... но вы знаете наши рассылки, я не буду продолжать цитату. Так что да, три миллиона жизней - это плата за ваши мечты о бессмертии.<br /> <br />Максим задержался, отметив, что рука юноши не поднялась навстречу. Плохой признак.<br /> <br />— Если хотите - отправьте письмо, воробьи доставят его, потом принесут ответ и вы убедитесь, что жизнь - это условность, и ваши "мёртвые" близкие остаются с вами.<br /> <br />— От этого не легче тем, от кого в вашу секту ушла мать, сын или любимая девушка.<br /> <br />— Не бывает прогресса без потерь. Следующее поколение будет знать про Анэст со школы, и каждый учитель сможет позволить себе экскурсию к Булгарину, Артуру или Эйнштейну.<br /> <br />— Известных личностей не хватит на всех. Вы отняли у людей веру в лучшую жизнь.<br /> <br />— Но мы - и есть лучшая жизнь. У нас нет печали и зла, и даже вы, стоящий на границе - разве в жизни у вас настолько чуткие руки? Разве так чист голос и ровно дыхание?<br /> <br />Чуть понизить тон, выпрямить спину. Как неуместна зубная боль здесь и сейчас...<br /> <br />— Что до известных личностей... Разве у вас нет потерянных друзей и родных? Анэст будет ждать. Всех людей. Не торопитесь - излишняя спешка только навредит вам. Но и не медлите, если устали быть не тем, кем можете стать. Дорога открыта.<br /> <br />— И всё же, три миллиона жизней в одну секунду в одном месте...<br /> <br />— По сравнению с миллиардами, живущими в страхе?<br /> <br />Скорбь, опустить уголки губ. Взгляд вниз и в сторону, потом вновь прямо в глаза корреспондента, и улыбка.<br /> <br />— Это хорошая цена. Я ни о чём не жалею. Они - тоже.<br /> <br />Повернуться и пойти к приоткрытой калитке в каменной стене, из-за которой виден свет живого огня. Исследования показали - именно этот образ ближе всего людям, для которых на самом деле ведётся интервью. Обернуться. На секунду забыть, что именно этот кадр пойдёт в газеты. Поднять руку в приветственном жесте.<br /> <br />"Максим Михов, лидер Небесного Братства, обещает жизнь вечную".<br /> <br />Посмотреть, как корреспондент растворяется туманным облачком, просыпаясь там, "внизу", на земле. Максим зажмурился, представляя: тихо шелестит мнемоническая аппаратура, молча переглядываются врачи, ритмы сердца и мозга - в пределах нормы. Пройдёт время, прежде чем люди поверят, что смерти нет, и перестанут бояться прямой на энцефалограмме.<br /> <br />Всё хорошо, только нет солнца. Максим поднял голову. "Незакатный" рассеянный свет, серый туманный купол над головой. Со временем привыкаешь, а чуть позже - видишь мерцающие струйки, которые ползут от тумана - вниз. Люди очень редко упоминали солнце за пределами смерти.<br /> <br />Они были правы. Солнце - выше. Иногда серость расходится, и обжигающий столб желто-белого света падает на мостовую, или на траву, или на зеркало озерной воды (тогда горячий пар на несколько минут заменяет облака). К счастью, это не длится долго. И, что важнее, это не задевает людей - никогда.<br /> <br />Максим пошёл к дому. Как положено - при некотором навыке - мир сам повернулся навстречу шагам, и маленький дачный домик обнаружился за первым поворотом. Ольга вышла навстречу, Максим шагнул ближе и присмотрелся внимательнее. Иногда Анэст мог вместо настоящего человека предложить тень, сотканную из ожиданий и надежд, но такие призраки - по крайней мере сейчас - всегда были слегка прозрачны и двигались чуть медленнее, чем следовало.<br /> <br />Но сейчас это оказалась настоящая Ольга.<br /> <br />Прохлада дерева под ногами, шероховатость коврика, приглушенное - по сравнению с тем, что было - тепло руки той, что рядом. Максим знал, что раньше чувствовал ярче, чем сейчас, но давно уже принял эту потерю как неизбежное свойство Анэста.<br /> <br />После ужина, второго бокала вина и двадцатой минуты молчания, которое - с привкусом тихих слов - и есть главный признак любви, Ольга шагнула ближе и устроилась на корточках у Максима под боком.<br /> <br />— Ты не жалеешь? - голос девушки чуть-чуть звенел изнутри, и Максим внутренне вздохнул, уже зная, что будет дальше. Этот разговор повторялся не каждый раз, но достаточно часто, чтобы запомниться. Всё происходящее в Анэсте стремилось к повторению.<br /> <br />— Нет.<br /> <br />— А мне... не хватает солнца. Я не знала, что будет так. Остальным проще, остальные уже знают по рассказам и могут готовиться. Нам точно нет дороги назад? - на Земле Максим уже мог бы начинать вытирать её слёзы. Здесь же - всего лишь изменилась форма зрачков, да заострились скулы, точно отражая боль и грусть.<br /> <br />— Да. Со временем тоска пройдёт... и ты можешь присниться, ты знаешь как.<br /> <br />— Мне некому сниться.<br /> <br />— Мне тоже.<br /> <br />— И это обидно. Я завидую тем, что пришли потом, Максим! Тому, что они могут погладить кота, взять с собой плюшевую игрушку, обнять соседку, с которой глупо поругались перед... - Ольга подавилась, не выговорив последнее слово.<br /> <br />Максим обнял свою жену и попытался согреть её. Жители Анэста не были холодными, но всё же что-то изменялось со временем, и касания обитателей оставляли легчайший след мурашек на теле гостя с Земли. А зуб продолжал тихо ныть.<br /> <br />Но в этот раз что-то пошло не так, Ольга высвободилась, откинувшись на спину и на руки, слышимо хрустнули запястья, шевельнулась грудь под майкой - не от дыхания, но от движения.<br /> <br />— Я хочу солнца. Я хочу быть, а не гнить в этом выморочном городе. Хочу тепла и настоящей жизни! Хочу... жить!<br /> <br />И небо ответило. Огненная вращающаяся спираль раскрыла низкую облачность за оконным проёмом, и яростный свет отразился в зрачках Ольги. Шелест сгорающего воздуха проник в комнату, Максим увидел, как Ольга шагнула к окну, забралась на подоконник...<br /> <br />Он понял, что сейчас будет, не вставая метнулся вперёд - но не успел зацепить ногу Ольги, нырнувшей из окна - к пронзительному свету.<br /> <br />Он понял также и кто это был, но из десятка просьб, которые успел придумать, лишь одна была произнесена - столь же бесполезная, как и девять остальных. Тихо и обречённо:<br /> <br />— Об одном прошу: оставь её в покое.<br /></div> <endljcut></endljcut></div>urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:50366"Почтальон"2009-09-13T16:09:47Z2009-09-13T16:14:16Z<a name="cutid1"></a>Осенним утром, когда воздух густ, а холодный дождь мечтает быть снегом, немногие просыпаются с радостью. Арт - почтальон, а это, как известно, одна из самых утренних профессий. Когда ещё не шуршат велосипеды и не придуманы заголовки вечерних газет - кто-то должен доставить письма адресатам и не позволить чужому благословению или проклятию повиснуть на своей тени.<br /><br />Первая заповедь почтальона: "Будь тихим и незаметным, пусть звук твоих шагов станет един с шорохом листьев на мостовой".<br /><br />В первом же доме на улице Ясеня закрыты окна и не слышно дыхания спящих. Арт достаёт письмо из кармана сумки, подходит к дому и подкладывает маленький бумажный квадратик в дверную щель. Лёгкий солёный аромат моря на пальцах сливается с запахом слёз изнутри дома. Когда ты - почтальон - ты научаешься понимать чувства, которые несёшь другим. Арт почти видит, как несколько часов спустя улыбнётся одинокая мать, получив письмо от сына.<br /><br />Вторая заповедь почтальона: "Будь чутким и осторожным, пусть все доверенные тебе послания придут не раньше и не позже, чем это необходимо".<br /><br />Арт идёт дальше, и письма с других остановок шелестят и поблескивают в его сумке. Одно - самое ловкое - пытается выбраться, зацепившись за грубую ткань тонкими лапками. Человек останавливается, произносит несколько тихих слов на наречии ксиллов. Письмо вновь исчезает в сумке - до тех пор, пока Арт не вынимает его и не отправляет по ветру. Изумрудно-зелёные крылья поблескивают, потом размываются в движении до полной неразличимости. В доме номер три по улице Ясеня уже открыта форточка для долгожданной вести.<br /><br />Третья заповедь почтальона: "Будь понимающим и внимательным, пусть каждый, кто пишет, не сможет упрекнуть тебя в твоей работе посредника".<br /><br />Чёрная кошка видит Арта, но не рискует перейти ему путь, и неудача, что сидит у каждой кошки на хвосте, этим утром не найдёт жертву. Человек улыбается кошке, кошка улыбается в ответ. Оба помнят то, что случилось четыре луны назад, но сейчас - к добру или к худу - в сумке нет писем для кошки, так что взглядами и улыбками закончена эта встреча.<br /><br />Четвёртая заповедь почтальона: "Будь памятливым и вникающим, пусть каждый адресат и каждое письмо сохранятся в твоей памяти".<br /><br />Дом номер семь по улице Ясеня глухо закрыт, опущены шторы, погашен свет и заткнута труба. Там живёт сумасшедший колдун, решивший отгородиться от смерти, не впуская её в дом. Вместе со смертью он избавился от воздуха, звёзд, солнца, дождя, друзей и любви - но это его выбор. Арт достаёт письмо, чувствует на пальцах чужую тревогу и боль, на секунду задумывается (ведь власти почтальона достаточно, чтобы выбить окно) - но идёт дальше. Недоставленный лист бумаги опускается в лужу на мостовой.<br /><br />Пятая заповедь почтальона: "Будь ненавязчивым и вежливым, пусть тот, кто не хочет получать письма - останется в браке со своим одиночеством".<br /><br />Лунный свет запутался в трамвайных рельсах после ночного представления фокусников, воздух едва слышно звенит не успевшим растаять детским смехом. Почтальон делает несколько шагов в сторону от маршрута, заглядывает в будущее и в прошлое - и толчком ладони подталкивает слишком тихо сказанное "Я люблю тебя" из прошлой ночи в завтрашний вечер и в ухо адресата - милой веснушчатой девушки.<br /><br />Шестая заповедь почтальона: "Будь трудолюбив и чистоплотен, пусть после твоего прохода на улицах станет меньше потерянных сообщений".<br /><br />Девятый дом нежилой, Арт пропускает его. Последнее письмо - в одиннадцатый дом по улице Ясеня, человек достаёт его и морщится от липкой жгучей лжи на подушечках пальцев. Думает ещё секунду, и делает то, что надо делать по Седьмой заповеди. Смотрит на автора, тщательно и витиевато доказывающего, что его жена плохо и неграмотно воспитывает их ребёнка, что документ об окончании курсов по созданию семьи был куплен Илиной за услуги интимного характера, что... Арт разрывает связь, морщится ещё раз. Достаёт перьевую ручку и красным росчерком вычёркивает строчку с именем отправителя. Потом разрывает письмо на клочки и пишет объяснительную.<br /><br />Седьмая заповедь почтальона: "Будь человеком, пусть каждая заповедь из предыдущих шести может быть нарушена во имя Седьмой заповеди. Но помни - почтальон не может быть человеком, а человек не может быть почтальоном".<br /><br />Арт заканчивает объяснительную: "...сделано во имя Седьмой заповеди, бывший сотрудник почтового отделения Неба, район номер пять, утренний выход - Арт Кальт".<br /><br />Дождь прекращается, из просвета туч выглядывает солнце.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:50037"Холм"2009-06-18T11:13:15Z2009-06-18T13:56:30ZВ этот раз под катом довольно много букв, почти тринадцать тысяч. То есть - в три-четыре раза больше моего "привычного" объёма. Отзывы нужны, да.<br /><br /><a name="cutid1"></a>Александр огляделся. На остановке не было укрытия от прямых лучей (если не смотреть с точки зрения невесть как залетевшей сюда божьей коровки, притаившейся в тени самого Александра). Обжигающе-белая клякса солнца на воде канала оставила след на сетчатке. Молодой человек зажмурился и помотал головой, дождался, пока белое пятно в зрении перейдёт в жёлтое, затем в красное. Устроился на корточках - толстая подошва ботинок всё ещё защищала от почти плавящегося асфальта, а стоять на мосту в неподвижном воздухе не оставалось сил. Попробовал уменьшить и так уже выведенную в ноль прозрачность козырька кепки - в итоге она приобрела цвет мутно-белого хрусталя, а сам Александр подумал, что так мог бы видеть мир человек при вылуплении из яйца. Полосы яично-жёлтой дорожной разметки на сером асфальте дополняли сходство.<br />Жужжа шинами подошёл автобус. Александр посмотрел как учили, уголком глаза, и убедился, что при правильном взгляде лобового стекла нет. Впрочем, также нет ни прочих стёкол, ни шин на колёсах, ни краски на корпусе. В этом месте полагалось испытать суеверный страх, мурашки, дрожь в коленях и прочее подобное - но элементы мистического романа не очень сочетались с летней жарой, уже недели три стоявшей над Полуостровом. Так что студент поднялся, привычным движением отряхнул штаны, оправил куртку, вынул из кармана найденный утром на пустыре за колледжем четырёхлистный клевер и подошёл к автобусу.<br />Прозвучавшее из салона грубо-сердитое "Ну что стоишь, придурок?" - окончательно поставило всё на место, несмотря на отсутствие других пассажиров. Как и говорящего. Александр пожал плечами и забрался в салон.<br />- До конечной. Мне говорили, одного клевера хватит. Отсюда до конечной недалеко вроде?<br />- Кому как, пацан. Тебе - далеко. - говорящий по-прежнему оставался невидим, но звук прокрутившейся вхолостую магнитофонной ленты навёл на мысль, что это один из механических недокомпьютеров Пригорода (всего лишь пять остановок, если ехать поперёк и знать, что именно платить на каждом промежуточном пункте). Однако Александр решил не испытывать судьбу и не проверять, верна ли эта идея.<br />Голос ворчливо посоветовал закрыть двери. Саша в этот момент только-только устроился на сиденье и начал привыкать к роли пассажира. Влажные от росы спинки кресел и крупная зеленоватая стрекоза на окне лучше всех других мелочей указывали, что он не ошибся и сел на поперечный маршрут<br />Водитель закашлялся - в конце кашель плавно перешёл в механический скрежет - и сообщил: <br />- Рычаг зелёного цвета у стенки. Увидят даже слепые оболтусы.<br />Александр попробовал возразить, что нормальные автобусы давно уже сами закрывают двери. Водитель спросил, о каких именно нормальных автобусах речь, и добавил, что можно и не закрывать, но в этом случае он не обещает, что пассажир проедет весь путь до следующей остановки. И после паузы уточнил: "Целым".<br />Рычаг в щели между креслом и стенкой был действительно зелёным, холодным и чуть скользким на ощупь. Несколько секунд Александр ловил приятную прохладу обожжёнными солнцем ладонями, потом подвинул металлический стержень вбок, и со стуком захлопнулись двери. Отголосок толчка прошёл по всему салону, и с задних сидений послышалось чьё-то недовольное ворчание.<br />Саша поискал приёмник для карточек и не обнаружил его. Отверстия для монет тоже не было, не говоря о биосканере. Водитель перебил незаданный вопрос:<br />- До конечной я везу бесплатно. Пока оглянись, подумай, почему кроме тебя тут никого нет. Ты уверен, что хочешь ехать?<br />- А зачем тогда клевер?<br />- Узнаешь, если поедешь. Если нет - оставь его на сиденье и выходи, мне тоже не помешает.<br />Александр задумался. По рассказам Олега никаких особых нюансов на конечной не было. Разумеется, если сравнивать с другими станциями. Например, посетитель Леса был обязан выучить щебечущий язык аборигенов и натренировать слух так, чтобы не смешивать звуки разницей в четверть тона. У хииртов, как звали себя обитатели этой станции, сдвиг высоты звука мог сделать из приветствия - предложение совместного убийства.<br />Долгая пауза была принята за согласие и автобус тронулся. Через несколько минут скрип и скрежет корпуса, явно сделанного ещё до директивы сенсорного комфорта, отступили на неощущаемый сознанием уровень. Среди рассыпанного, как крошки печенья на столе, узора крыш, молодой человек нашёл флюгер-кораблик над домом родителей. Сам дом с этого ракурса был не виден, и о проективной камере, которая бы скрасила поездку изучением окрестностей, речи тоже не шло. Саша фыркнул, прислонился щекой к стеклу и попытался заснуть. Судя по словам водителя - путь предстоял долгий. Потом понял, что сон не придёт, изменил форму козырька кепки, вывел на него карту Полуострова и попросил указать собственное местоположение. Ощущение пушистой щекотки на виске (как всегда, когда встроенный компьютер считал задачу слишком сложной и подключал дополнительным ресурсом мозг носителя) - и на белом фоне высветилась ярко-оранжевая паутинка дорог Полуострова, а на одной из тропинок - зелёная мерцающая точка. Соответственно проскользнувшей мысли рядом с точкой возникла мигающая стрелка с подписью "10 лиг в час". Спустя минуту изображение замерцало и потухло, а водитель сообщил:<br />- Выходим на поперечный маршрут, держись крепче.<br />Александр закрыл глаза, вцепился в подлокотник, и понял, что падает затылком в толстое стекло бокового окна... падает... падает... падает. Через пять секунд, когда неизбежный удар не состоялся, пассажир ощутил, что висит в полулиге над землей, удерживаемый лишь ниткой паутины в чьей-то руке... рвётся нить... шипы-иглы касаются спины, протыкают кожу. Исчезают. Левая нога становится правой, правая - левой, сам он - песчинка в бесконечности или бесконечность в консервной банке. Сжатие, вакуум, щекотка, онемение, боль. Кружится голова, полёт ради полёта, три крыла, четыре, пять, всё перепуталось и смешалось, сердце бьётся где-то в левом ухе, стрекоза в янтаре... Сквозь мерцающий калейдоскоп Поворота - удивление... раньше это никогда не длилось дольше секунды. Впрочем - раньше было раньше, и всему со временем приходит конец.<br />Плеск и шелест мерцающего дождя в ночи над равнинами, струи холодной даже на вид влаги на окнах, протяжный скрип тормозов и голос из кабины:<br />- Выметайся к своим эльфам, неудачник. Клевер не забудь.<br />Щелчок остановившейся ленты, и самостоятельно раскрылась дверь автобуса, впустив холодный ветер и мелкие капли дождя. Александр поёжился и вышел. Голова всё ещё смутно кружилась после эффектов Поворота.<br />Фонарик в козырьке отказался включаться, трава была противной на ощупь, капли скользнули по щиколоткам и в ботинки. За спиной взревел мотор, тарахтению ответило странное эхо - словно бы вокруг была не ровная травянистая поверхность с редкими холмами (чёрные дуги, искажающие горизонт), а металл.<br />Саша потоптался на месте и начал ждать. Ожидания под холодным дождём хватило минут на тридцать, а серое сияние неба, напоминавшее раннее утро Полуострова, за это время не изменилось, наводя на мысль, что солнца не будет.<br />- Ну и где? - вопрос бывшего пассажира остался без ответа. Кажется, конечная не зря не имела названия.<br />Сквозь мутные облака блеснули искры звёзд - или это была иллюзия, созданная глазами в ответ на непривычное освещение.<br />Александр сообщил в пространство, что он пришёл и хочет увидеть местных, чтобы совершить сделку. Голос заглох, не успев отдалиться. Веер капель, брошенный порывом ветра, взъерошил волосы.<br />Ситуация переставала быть удобной, но всё ещё оставалась интересной. Саша упрекнул себя, что не уточнил погодные условия на конечной. Впрочем, сохранялась вероятность, что они изменчивы. Человек, вынутый из городского лета, не может чувствовать комфорт осенней ночью. Даже если бы Саша мог назвать себя опытным пассажиром поперечного маршрута, что было крайне далеко от реальности. Тем не менее, неудобство - не повод прекращать думать.<br />Неожиданно захотелось курить, сильно, до спазма в лёгких, до щекотки дыма в ноздрях. Молодой человек чихнул и провёл ладонями по карманам куртки. И только потом понял, что никогда не курил и не собирался.<br />Ветер коснулся ушей, и лёгкий переливчатый смех проявился на фоне ровного шума дождя. Саша ойкнул и вспомнил про клевер. Разжал кулак; лист, кажущийся чёрным в ночных сумерках, был тут же унесён ветром, и сквозь дождь вдали справа возник мерцающий сине-белый огонёк. Александр пожал плечами и двинулся на свет.<br />Короткий проход по равнине, затем скользкие камни холма. Цепкие, адаптирующиеся к поверхности подошвы ботинок позволили не упасть, и хотя электроника тут не работала - неотъемлемые свойства пластичного материала, видимо, сохранялись. В движении холод ощущался не так сильно, да и дождь затих, превратившись из ливня в вязко-густую морось. Так, следуя за огнём, Александр поднялся на пять десятков ярдов (если верить усталости) до вершины холма. И тут огонёк исчез. Две секунды на осознание, что указателя больше нет, десять - на принятие факта, что остановка теперь неизвестно где. На пятнадцатой секунде ветер шепнул: "Говори, что хочешь. У тебя хорошая удача, смертный."<br />Саша удержался от просьбы убрать дождь и ветер - поскольку, естественно, это было бы исполнено. И замолчал, пытаясь вспомнить, а ветер тем временем подбрасывал чужую память. Смущение девушки перед лицом возлюбленного, тепло ласковых слов в зимней ночи, кровь на руке и то, с каким упругим давлением нож проходит в живот врага, удовольствие поэта, который закончил стихотворение, удивление и горе человека, потерявшего друга. Выплесками и волнами, в такт с каплями дождя на лице. И искорки чужого искреннего смеха над смертными людьми, так глубоко принимающими чувства перед лицом неизбежного небытия.<br />Александр сосредоточился, нашёл себя, нашёл свою мечту и своё желание... до этого момента он мог выбирать, о чём будет просить. О работе, о счастье в делах, об успешной учебе, о славе. Но эльфийский смех отсеял всё лишнее, оставив в памяти только женское лицо. Серебристо-розовая кожа - отпечатки детской болезни, оставившей на лице "снежинки". Некрасивые, почти уродливые для многих - но в первую очередь для носителя. Узорчатые белые пятна на коже, низкий чуть хрипловатый голос, постоянно спрятанное лицо, грубость как защита от ненависти к себе. Хрупкость и тонкость, желание прикоснуться и погладить... Скрытое вуалью лицо проявилось перед глазами болезненно-чётко и растаяло.<br />Ветер шепнул: "Как наивно... любовь. Ты думаешь, что она сделает тебя бессмертным. Ты не веришь, что ты даже не в первом десятке тысяч, кто любил парий и отчуждённых. И не в первой сотне, кто ради этого доехал до конечной. Ты хочешь быть добрым, хочешь заботиться и чувствовать себя. Себя. Ты спрашивал себя, нужна ли ей твоя любовь? Нужно ли ей, чтобы ты жертвовал и ждал?"<br />Пауза на выдох. "Да. Я хочу смелости. Я знаю, что ей со мной будет лучше, знаю, что она одинока и несчастна. И не могу сказать то, что чувствую. Поделитесь отвагой, эльфы. Наверняка кто-то уже приходил сюда, чтобы избавиться от лишней смелости, так ведь?"<br />И снова смех в ответ. "Ты уверен, смертный?" - ветер ласково погладил волосы, почти что женским прикосновением, и капли дождя на мгновение приобрели солоноватый вкус.<br />"Да", - Александр понял, что давно уже не говорит вслух. Просто думает, будучи прозрачным под этим ветром.<br />"Ты понимаешь, что обмен есть обмен, и что удачу ты отдал не за будущую покупку, а за право просить о покупке? Мы не хотим тебе зла, смертный, твоя удача велика. Кто-то ищет четырёхлистник неделями. Ещё и ещё раз спрашиваем мы, готов ли ты терять себя ради любви?"<br />"Да".<br />"Хорошо, стой спокойно" - и ветер пробил Александра насквозь, оставив только звездчатую пустоту под кожей, влажную тьму и сверкающий смех бессмертных. Так стало, так длилось и длилось минута за минутой, и надо было терпеть, терпеть и ждать, пока эльфы возьмут своё и отдадут чужое.<br />А потом - огонёк проводил Александра до остановки, дождь утих и тучи развеялись. Лишь немигающие звёзды смотрели на того, кто сделал свой выбор, Саша сел на корточки, в грязь, тесно запахнувшись в куртку. Потом подошёл автобус и в него поднялся единственный пассажир. Обратный путь проходил в молчании, лишь иногда из пустой кабины водителя слышался глухой протяжный вздох.<br />Вечером, когда жара на Полуострове стала из нестерпимой - приемлемой, и ветер начал оставлять место для человеческого дыхания, Александр стоял у дома Марии и ждал, когда та выйдет. Прогулки были полезны тем, кто перенёс "снег", а лучшее время для прогулок летом - как известно - перед закатом.<br />Она вышла из подъездной двери, хрупкая и чистая фигура в вуали, и Александр понял - сейчас или никогда. Несколько шагов ближе, наперерез. Протянуть руку, коснуться ладони - то, что было так страшно, и что так просто сейчас... нечего бояться, достаточно быть искренним, смотреть в глаза...<br />- Мария, я...<br />Вспышка лазера из верхней части вуали выжгла сетчатку глаз Александра, и механический голос начал вещать на громкости, достаточной для того, чтобы это было слышно во всех домах на четверть лиги вокруг:<br />- Нарушение личного комфорта, опасность для жизни и покоя, гражданка Мария Воронцова вызывает полицию! Нарушение...<br /><br />В это время в совсем другом месте ветер лениво перелистывал страницы ненаписанной книги стихотворений поэта двадцать второго века (субпространство бета) Александра Васильева. И эльфы смеялись и плакали над новой игрушкой.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:49717"Мастер котов"2009-06-15T08:18:31Z2009-06-17T10:06:50Z<a name="cutid1"></a>Приходит вечер, и Хейн открывает окно, освобождая дорогу ночи.<br /><br />Хейн стар, белизна его волос - уже не маскировка в снегу, как это было четыре дюжины лет назад на северных равнинах, а всего лишь маяк для смерти. Мастер знает, что его жизнь близится к концу, каждая следующая луна добавляет ещё несколько песчинок в суставы, и всё чаще в задумчивости приостанавливается сердце.<br /><br />Но обитатель шестого дома не боится. Когда у тебя мало сил - их невыгодно тратить на страх.<br /><br />Мастер зажигает свечи, чувствует скрип собственных костей, смотрит, как легчайший ветер жаркой летней ночи проходит сквозь окно и касается пламени. На какое-то время растворяется в танце огня - тратить время умеют те, кому знакомо его течение. Потом поправляет волосы - пух одуванчика, волокна смерзшегося снега, нити паутины... когда-то это движение очаровывало красавиц.<br /><br />Готовит еду. Лёгкий стук ножа по дереву, бульканье воды, запах овощей, принесённых утром. Десять лун до следующей весны.<br /><br />Луна движется по небу, неспешно дыхание. Пятнистый кот впрыгивает на подоконник с улицы, и яркая зелень его глаз встречается с усталым покоем взгляда Хейна. Изумруд - с болотной водой.<br /><br />Первым делом - еда, и никто из соседей не увидит, что кот ест из такой же тарелки, что и мастер. Только сидит на столе. Затем прикосновение руки к лапе, кот перебирается на колени Хейна и в мурлыкании рассказывает танец луны на влажных от дождя крышах, когти, вскрывающие мех врага, дальние переулки и вкусные жертвы. Песню, которая угодна кошачьей луне.<br /><br />Старик слушает и отвечает покоем. Временем, когда всё прошло, когда ты достаточен самому себе, когда твоё дело расцвело и принесло плоды, твои дети продолжились своими детьми, и в сотнях взглядов сохранился твой облик.<br /><br />Наконец ритуал обмена закончен, и кот выпускает когти, поворачивает лапу когтями вверх. Известный обоим знак...<br /><br />...в памяти мастера всплывает снег, чёрные пятна исчезающего зрения на бесконечной белизне... и взгляд жёлтых глаз с вертикальными зрачками. Хейн помнит - его жизнь была спасена. Там и тогда, дюжины лет назад - люди выкормили и вылечили обожжённое холодом тело раненого воина. Но кто донёс Хейна до городских стен, и кто дополнил обрывки его души, недоеденные снежными призраками?<br /><br />Хейн знает ответ, и готов платить по счетам. В лапу кота опускается белоснежная статуэтка с едва обозначенными острыми ушками и почти невидимыми точками глаз. Мастер приоткрывает губы и делится дыханием. Мёртвый камень чуть шевелится, поднимаются ушки. Хейн с хрустом расправляет пальцы и убеждается: он всё ещё может дышать, хотя смерть и придвинулась ближе.<br /><br />Всё просто: у кошки девять жизней. Жизнь кошки - меньше, чем человеческая, как и сама кошка. Откуда коты берут эти жизни?<br /><br />Статуэтка растворяется в лапе гостя, заказчика, кредитора... Кот запрыгивает на окно и облизывается, мурлыкая: "Подумай о новом теле, о мехе и когтях, о свободе и ярких глазах".<br /><br />Хейн устало закрывает глаза. "То есть?"<br /><br />"Ты отдал нам восемьдесят первую жизнь, и теперь кошки не отдадут тебя смерти. Ты - мастер котов. Выбери себе новое тело для жизни среди нас."<br /><br />Хейн уже не слышит, его тело и разум унесены потоком неспешного сна. Кот ещё какое-то время сидит на подоконнике, затем исчезает во тьме. Слышны щелчки костей и поскрипывание косы - это смерть приближается к дому мастера.<br /><br />Несколько минут, и лунный свет в раскрытом окне перекрывается одним, вторым, третьим тёмным силуэтом...<br /><br />Хейн спит.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:49625Ник2009-06-04T17:32:25Z2009-06-04T17:32:25Z<a name="cutid1"></a>В одном маленьком городе, чей туман по утрам взбивают искры велосипедных спиц, жил художник. Строго говоря, художником он никогда и не был - для этого следует делать выставки, носить окладистую бороду, или по крайней мере иметь удостоверение профсоюза. Тем не менее у Ника была тетрадь, а в тетради - рисунки, и если не оглядываться на других - то этого вполне достаточно.<br /><br />Жизнь была обычной - работа с девяти до шести, создание трёхмерных рекламных плакатов. Потом прогулка до дома - ветер с моря делал тёплый воздух прохладным и крылья носа художника чуть подрагивали от щекотки соли. Уютный дом, кресло у стола, зелёная лампа - и на бумагу ложились отблески, тени и черты живых, которых сегодня, вчера, позавчера или неделю назад коснулся взгляд Ника. Поднятые в удивлении брови, отстраняющий или манящий жест руки, искорки неба в луже на крупных камнях мостовой, кактус на широком подоконнике над улицей на третьем этаже кирпичного дома... немного, но достаточно для памяти. Художник не доверял фотографическому искусству, считая его слишком материальным, и поэтому никогда не заканчивал и не объединял отдельные черты в полный образ.<br /><br />Ведь в момент, когда ты заканчиваешь творение - ты принимаешь на себя ответственность за созданное, а Ник не был готов к бытию божеством - даже очень маленьким.<br /><br />По средам и пятницам в семь часов вечера по городу проходил трамвай на деревянных колёсах, оставшийся от времён, когда ещё не было ниточных транспортов. Этих вечеров Ник ждал особенно: когда он поднимался на подножку и отодвигал-складывал дверь трамвая - протяжный скрип дерева словно переносил его в прошлое. Во времена, когда ещё были герои, слава и настоящие чувства, и синий туман газа "Хальм-Икс" виделся в прозрачном воздухе настоящего. Жесткие резные спинки кресел "третьего номера" были Нику мягче, чем самые современные оболочки, принимающие форму тела и массирующие его.<br /><br />Хотя "третий номер" выходил из депо лишь дважды в неделю, его остановка не пустовала. По вечерам, когда фонари зажигать ещё рано, а стражники, которые проводят задержавшихся мирных жителей до безопасных мест, ещё только проверяют соответствие ночной формы уставу и готовность оружия к бою - под укрытием белого камня собиралась небольшая группа молодых и не очень людей.<br /><br />Речь шла о разном. О фантастике, о любви и нелюбви, о войне, о слухах из-за границы, о новой музыке и старых фильмах. Иногда Ник останавливался послушать, иногда - вставлял две-три реплики, но рано или поздно красно-жёлтое мерцание уличных фонарей напоминало собравшимся, что пора уходить.<br /><br />Так и шло время, художник подбирал себе знакомства среди сослуживцев, соседей и прохожих, переносил самые яркие их черты в свою тетрадь, и постепенно терял интерес. Иногда брал пропуск и выезжал из города на дальнем велосипеде в надежде поймать новые впечатления (вкус, вид и запах зимней рябины, прикосновение пальцев к снегу - когда служба прогностов не ошиблась и предсказала снег до того, как он растаял. Блеск песка, расплавленного молниями последней войны...) и, как и следовало - часть образов уходила в тетрадь, оставаясь навечно. Художник знал, что бумага, как и люди, желтеет и стареет, но, как и люди, мечтал о бессмертии.<br /><br />Но однажды Ник увидел девушку. Точнее - сначала он услышал её голос. На остановке "номера третьего", высокий, музыкальный, хоть и срывающийся под холодным вечерним ветром в визг - она доказывала своему собеседнику преимущества шестизарядного "Карта" Восточных Империй перед подобной моделью Федерации ("Хранитель", время перезарядки полторы секунды). Негромкий смех на каждый контраргумент... художник смутился и ушёл домой чуть раньше привычного времени.<br /><br />Тремя днями и двумя встречами с безымянной позже (впрочем, можно ли назвать встречей задержавшийся взгляд издали?) он признался себе, что впервые видит живое существо, а не очередной элемент прекрасного интерьера мира, в котором ему случилось родиться.<br /><br />Прошла зима, приблизилась к концу весна. Ник постепенно включился в компанию людей у остановки, начал запоминать имена и лица. Постепенно часть новых знакомых переселилась в тетрадь, потом - и почти все. Кроме девушки. Нику казалось кощунственным загонять живое в неподвижность.<br /><br />И точно так же - и по той же причине - художник не мог ни узнать имя девушки, пока она не назовёт его сама, ни пристально посмотреть в лицо. Однако Ник запомнил и запечатлел момент, когда Мика (так звали девушку в соответствии с её случайной оговоркой) - обратилась к нему и сказала, что покинет город на неделю.<br /><br />С этого момента Ник начал чувствовать себя живым.<br /><br />Разноцветные дожди опустились на купол города, кончился летний призыв, Ник поймал в вечно-ироничном голосе незнакомки первые ноты слабости и болезни и принял это как доверие. Но по-прежнему оставалось невозможным ни предложить сменить место и время, ни проявить небезразличие - ведь это означало бы управлять живым как рисунком в тетради.<br /><br />Теперь художник жил от встречи до встречи, и дробный скрип тяжёлых колёс трамвая по дорожным камням означал новый вечер восхищения настоящей жизнью. Каждый ответный знак внимания был ещё одним подтверждением того, что Ник существует, а каждое случайное прикосновение - ожогом.<br /><br />И однажды Ник проснулся с знанием о том, что сегодня он - скажет, что хочет видеть Мику ближе, и не будет отводить взгляд от лица, как это было принято ранее.<br /><br />Прошло рабочее время, художник почти бегом направился к остановке "третьего номера". Тяжёлая каменная скамья была пуста. Ник замер... потом подошёл к скамье, и положил лежащую на ней тетрадь на колени. Ветер перелистнул страницы, распахнув влажные листы на полном и законченном ростовом портрете Мики.<br /> urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:48996Новый рассказ. "Прототип".2009-05-17T08:03:56Z2009-05-18T10:55:58Z<a name="cutid1"></a>Время от времени - не так часто, чтобы помнить об этом, и не так редко, чтобы об этом забывать - я выхожу на балкон, удобно устраиваюсь в кресле и смотрю в небо. Вдох-выдох, и рано или поздно неподвижность густо-синего купола, что так хорошо заметен ближе к закату, заставляет отводить глаза.<br /><br />Впрочем, каждый раз я задерживаюсь чуть дольше, и каждый раз проходит ещё несколько лишних секунд перед тем, как меня коснётся безразличие неба и я отступлю в жизнь, в которой могу что-то значить. За дверь, где можно подойти к прохожему и на секунду поймать его взгляд, остаться в его памяти. Можно ловить отражение неба в лужах на асфальте. Можно шагнуть в холодную воду и разбить небо на брызги.<br /><br />Только это ничему не поможет. Память остаётся со мной. В разговоре с людьми, в формулах вежливости, в дыхании и жестах - я знаю, что говорящие со мной видят не меня.<br /><br />Легенду о Дриме Нолтоне, кошке, остановившей машины.<br /><br />Тогда, к началу двадцать второго века, компьютеры сравнялись с людьми. Копирование личности, перенос сознания в цифровую форму, равноправный бизнес-партнер на рабочем столе. Роботы - простые и сложные, большие и малые, неразумные, полуразумные и разумные. Призраки живых душ в скорлупе металла и пластика.<br /><br />Это было интересное время - тем более интересное, что человек начал менять себя. Люди с улучшенным обменом кальция - чтобы жить в невесомости годами и не ломаться, подобно тонкому стеклу, при столкновении с твёрдостью. Люди с жабрами и плавниками - строить подводные города и жить в них. И люди с кошачьей реакцией, чувством равновесия и внешностью. Мех, хвост и когти - красиво, практично и разумно в бою. Хорошие солдаты, престижные телохранители. "Фелиции".<br /><br />За пятнадцать лет до моего рождения транс-люди уже не были собственностью и почти не считались животными.<br /><br />До появления моей "серии" оставался один шаг - момент, когда разработчик корпорации "Биогеник Ефрати" понял, что именно отличает искусственный интеллект от живого. А также - чем именно ум кошки лучше человеческого рассудка.<br /><br />Интуиция.<br /><br />Остальное было делом времени.<br /><br />Я помню упражнения в стиле "угадай, какая лампочка моргнёт первой и не получи удар током". Сны наяву, когда в мои вены втекала секретная химия "Ефрати". И помню день, когда я посоветовал Майклу - моему учителю - сдать билет на самолёт и взять отпуск на неделю позже.<br /><br />Тем не менее - я не был финальной версией, и не всегда мог ответить на заданный вопрос. А иногда - отвечал не на то, что спрашивали. Мои сны были реальностью, а сны людей - как говорили мне они сами - призраком, исчезающим за минуты после сна и утреннего завтрака.<br /><br />В итоге они сочли меня неуспешным, неверным и неправильным и решили уничтожить. Но не учли того, что я увижу их во сне за две недели до их реальности, и призраком пройду мимо охраны, когда пойму, что это необходимо.<br /><br />Впрочем, тогда я не знал, что мне грозит смерть, и всё что было - желание уйти из плохого места. Так и случилось.<br /><br />Дальше я подменил в транспорте, уходящем к заказчику, другую кошку. Так началось время верности, долга и дружбы. Я отвечал не потому, что меня спрашивают, а потому, что я хочу ответить именно этому человеку и именно этой фелиции.<br /><br />Сложилось так, что именно в эти дни на самом дальнем юге, среди льдов, машины были научены копировать себя и наращивать интеллект. Стаи микромашин, объединённых между собой - независимых и связанных. Рой.<br /><br />Так началась блокада - потому что Рой мог захватывать людей и управлять ими, подключая к себе в качестве элементов.<br /><br />Мы покинули Землю до того, как небо стало отблескивать сталью космических крепостей. Мы вычислили и нашли разработчика Роя. И мы вернулись, вооруженные новым знанием - возможностью внедриться в Рой на правах альфа-оператора.<br /><br />"Биогеник Ефрати" выследила нашу тройку - потому что к этому моменту они владели финальной версией. Другой рысью - серия Felicia-II-SE-Dreamer, порядковый номер 019, кодовое имя - Сай.<br /><br />Люди предполагали, что я буду найден и возвращён, потому что конечный продукт моей линейки мог - и это не метафора - предсказать землетрясение по шелесту гальки на речном берегу. Мир был открыт для его чувств на недели вперёд и назад, и не существовало разницы между его настоящим и нашим будущим.<br /><br />Не было шансов устоять в рукопашной - потому что он видел меня. И не было смысла искать теневые пути - все варианты были уже учтены там, за тонкой стенкой черепа Сая. За его яркими немигающими синими глазами, так похожими на небо.<br /><br />Несколько моих слов, молчание в ответ. Тёмная зависть к тому, кем мне никогда не стать... Умеющим видеть сны не нужны слова. Глобус Земли перекатился через тонкую грань и начал жить не по планам "Ефрати", но по нашей воле. Воле двух инструментов людей, решивших сыграть собственную игру.<br /><br />И я помню холод, коснувшийся меня, когда моя протянутая рука не встретила ответного движения. Тот, кто знает всё - не нуждается в прикосновениях, и прозрачно-непонимающий взгляд Сая до сих пор светится в моей памяти холодным синим огнём.<br /><br />А потом был огонь и смерть, был контакт с Роем. Взгляд сверху, с точки зрения неба. Всеприсутствие: я в каждой точке, в которой есть элемент Роя - металлический жук шести сантиметров в длину. Знание и тепло. Отказ от собственной личности и восстановление её в качестве альфы Роя.<br /><br />Боль, когда части Роя растворялись в плазменном облаке, которое запустил с орбиты мой новый партнер. А потом возвращение от бесконечности вовне - к бесконечности внутри. Я был Роем, и вновь стал только кошкой. И последнее, что осталось - взгляд сверху на то, как мои друзья - гепард и невысокий японец - на периметре базы, на антарктическом льду - отстреливаются от подкреплений, которые Рой успел призвать на свою защиту.<br /><br />Теперь мир изменился, и транс-люди больше не производятся потоком. Лишь по желанию родителей. Время славы прошло, маятник отношения к "нелюдям" прошёл от презрения через славу - к спокойной благодарности. И дети-гепарды, рождённые людьми - блажь, а не дань уважения и любви нашей команде. <br /><br />Всё правильно, так и должно быть. Но что мне делать с осколками чёрного неба в сердце? Ведь самые верхние стаи Роя видели настоящий космос - так, как его никогда не увидит человек. Во всём богатстве спектров его излучения, от гамма-лучей до радиоволн.<br /><br />Проходит время, я смотрю на близких. Вскоре уйдёт Шино Ямато - мой "заказчик", единственный человек, коснувшийся меня-настоящего, а не моего тела. Медицина не всесильна - даже сейчас. Следующим из тех, кто видел гнездо Роя, буду или я, или мой друг.<br /><br />Останется небо. И то существо, которое стало небом. Которое сейчас рассеяно по сети спутников, охраняющих Землю. Тот рысь, который перехватил контроль и орбитальной атакой отвлёк на себя внимание Роя. Финальная версия, тот, кто знает ответы ещё до того, как задан вопрос.<br /><br />А мне - осталась земля и любовь. Но почему мне кажется, что этого мало?urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:48723clancynorthwind @ 2009-05-14T13:09:002009-05-14T10:12:55Z2009-05-14T10:12:55Z<a name="cutid1"></a>В этот раз Дрим сух и обрывист, в конце фраз немного невнятен. Три-четыре раза в записи слышен приступ кашля на выдохе.<br /><br />"Итак. Вэнь оказался умным человеком и не отреагировал на блеф нашего бывшего мастера. Чтобы защитить нас, мы оформили досрочное завершение контракта. Вряд ли это поможет, впрочем. Особенно мне запомнились слова Вэня, обращённые ко мне: "КОГДА закончится контракт - приходи. Я научу тебя играть в шахматы"" (нервный смешок и мяв на этом месте).<br /><br />"Зато мы поговорили о деньгах и о мечте, и выяснили, что Вэнь знает про сварм. Естественно, он не сказал этого прямо."<br /><br />"В "кольце" не нашлось ничего интересного. Песок и камни, камни и песок. По дороге из-за зрительной иллюзии и общей сонности от однообразия въехали в бархан, но выбрались. Впрочем, мы прошли только одну восьмую часть территории."<br /><br />"Прибыли в купол N-115-B. Я думал, что прошлый купол слишком перенаселён. Я ошибался. Тут смердит китайцами, усталостью, бедностью и химией в воздухе. Жжёт язык и мешает дышать. Пока держусь на интересе и любопытстве. Но когда сто долларов уходит на десять квадратных метров на троих человек... в конуре на двадцать седьмом этаже небоскрёба с общим проходом на кухню... я никакого лифта. Только усталостью от длинного пути по лестнице я могу объяснить то, что Шино лёг спать сразу же после покупки этой комнаты."<br /><br />"Из еды в местных забегаловках - только лапша. Тут даже нет трансхуманов, а отойди от центра - и уже никто не знает про доллары" (в голосе отвращение).<br /><br />"Зато нашли китайский бордель. Я достаточно умён, чтобы научить десятилетнюю китаянку английскому :) Чи не понять этого удовольствия :) Делиться данными, находить общий язык... зато у него есть другие достоинства."<br /><br />"Однако понятливость и тактичность в список этих достоинств не входит. Мне не дали выспаться в просторной комнате, где чисто, нет тараканов, есть вода и есть кому согреть бок. Я считаю, что шестьдесят долларов за разовый комфорт для двоих - учитывая, что мы уйдём и не вернёмся - не много."<br /><br />"Интересно, поймёт ли меня Шино."<br /><br />"Ночью я видел Тьму. Она обещала покой и место, где есть, о чём думать. Место, где всегда будет место, тишина и уют, где не на кого будет обижаться. Это хуже, чем Сварм. Действительно хуже. Если я получу это предложение в мире бодрствующих - я не смогу отказаться... наверное. Это зависит не только от меня. И даже не от Шино - ведь он уже не _мастер_."<br /><br />"Когда Чи прочитает эту запись - поймёт ли он этот намёк?"<br /><br />"Дамокловы мечи. Над Системой висят клинки всех форм и размеров. Клинки - на нитках из живых людей. Кто-то висит, кто-то дёргается, кто-то пытается выбраться. Мечей - не один, не два, не три и не десять. Бороться бесполезно и бессмысленно."<br /><br />"Ещё я видел Смита. Смита, идущего через огонь. Здание, в котором горит всё - стены, пол, потолок. Горящий Смит, идущий через огонь."<br /><br />"Сейчас мы покинули эту технозону, так и не поняв, что мешает им выбраться и расселиться. Едем дальше по кольцу - а потом в сторону американской зоны."<br /><br />"Я не люблю китайцев. Никогда бы не подумал, что скажу это... но мой мех до сих пор пахнет китайцами"<br /><br />"И мне надоели эти технологические монстры, охотящиеся за моей душой."urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:48477clancynorthwind @ 2009-05-13T20:00:002009-05-13T16:34:42Z2009-05-13T16:35:37Z<a name="cutid1"></a>Голос рыся - замедленный, уставший и счастливый. Иногда он мяфкает в сторону кого-то, кто его отвлекает. В озвучании заметны более или менее успешно замаскированные места монтажной стыковки частей сообщения.<br /><br />"Хорошая новость - меня хотят убить. Значит, я есть :) *на экране на секунду всплывает довольное лицо Дрима*"<br /><br />"Ещё более хорошая новость - мне удалось сдвинуться с мёртвой точки. Где-то тут, на Марсе, очень недалеко от нас - и мы уже знаем, где именно - под песком и камнями - Тьма. Я её видел раньше"<br /><br />Запись прерывается кадром земного глобуса под полупрозрачным куполом. И пространство между Землёй и скорлупой, накрывающей планету, заполняется тьмой.<br /><br />"То, что придёт после сварма и будет хуже, чем сварм. И я знаю, где именно."<br /><br />Схематическая вышка орбитального лифта на глобусе Марса. Зона, откуда вышка видна - круг. Потом из круга вырезается внутренний круг, оставляя солнечно-жёлтое кольцо на оранжевом фоне глобуса.<br /><br />"Из этого места вышка видна на горизонте. Зона для поисков - всего лишь двести километров в ширину. Проверить поселения - Чи этим займётся. Найти транспорт и проехать, послать геологов и сейсмологов... неважно. Мы найдём её, потому что я знаю, что Тьма тут есть. Тут, на Марсе. Значит - мы выбрали правильное место для ухода и сможем убить и этого врага до того, как он вылупится."<br /><br />"А ещё Шино нас вчера выгулял :) И это, пожалуй, самое главное. Мне важно видеть и дышать новым, я тогда чувствую, что работаю в полную силу. Стесняюсь просить прямо, но я хочу такие прогулки чаще :) На Чи выгуливание по новым местам тоже хорошо действует, только наоборот."<br /><br />"Сейчас прислали письмо от Вэня. Письмо, написанное чернильной ручкой на бумаге. Мы не будем брать робота - робот не подходит для двадцатого века. Он приглашает нас через три часа. Надеюсь, пятна не назовут его узкоглазым в лицо :)"urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:48163clancynorthwind @ 2009-05-04T15:00:002009-05-04T11:42:14Z2009-05-04T11:42:57Z<a name="cutid1"></a>"Три дня назад мы прибыли на Марс. Первое ощущение - тесно. Много зелени. Тесно. И много китайцев. Люди тут не смотрят в глаза и не привлекают внимание. За стеной купола - шевеление, ездят грузовики на широких гусеницах. Общий цвет - красное небо и отсвечивающая розовыми бликами зелёная растительность. Местные привыкли, а мне... хорошо, что в отеле нормальное освещение". В этом месте голос Дрима чуть сбивается от обычной ровности.<br /><br />"Мы выходили с Чи на экскурсию за пределы купола. Дышать можно, только в маске. Холодно и ветер. Зато я взял немного песка на память."<br /><br />"О снах и Директоре. Очевидно, пираты не могли создать Сварм самостоятельно, они недостаточно умны для этого. Таким образом, я считаю - существует Директор. Тот, кто передал пиратам Сварм." - изображение затенённого кабинета, тонких холёных рук, лежащих на столе. Аллегорического пирата, стоящего перед столом. И трёхлитровой банки, которую руки вручают пирату, после чего тот благодарит и изображение кончается. Эта вставка выполнена в анимационном стиле, пастельными, размытыми цветами, но чёткими контурами.<br /><br />"Я не могу увидеть лица Директора. Не могу! Но он похож на Смита. Это смущает."<br /><br />"Шино вступил в контакт с местными авторитетами. Мы с Чи посетили ночной клуб. Да, тут тоже есть фелиции и другие трансхуманы. Интересно, что здесь с ними интереснее, чем на Земле - людям некогда задаваться вопросами политики. Ты хорош, если у тебя, как и у меня, есть две руки для работы. Как ты выглядишь - не так важно. Поэтому здесь фелиции не так закомплексованы" - ощутимая даже в голосе улыбка.<br /><br />"Итак, авторитеты. Наполовину русский начальник полиции Ли Цын и промышленник Вэнь, главы местного преступного мира. По указанию Шино мы ознакомились с несколькими фильмами о мафии. Шино считает, что эта структура управления возможна."<br /><br />"Шино также считает, что мне следует обучиться игре в шахматы перед встречей с Вэнем - поскольку это их общее личное увлечение. Следование приказу привело к странному - я вижу, как Смит и Директор играют в шахматы. Это неправильные шахматы, поскольку фигуры в них двигаются в зависимости друг от друга. Шахматные часы у них - с пятью стрелками, на циферблате двенадцать или пятнадцать часов. Нм тот, нм другой не проявляют агрессии и раздражения. Они просто играют, даже не переключая часы."<br /><br />"В момент встречи с Цином мы оставили заявку на разговор с Вэнем. Кажется, наш мастер сказал что-то не так и создал о себе не совсем то впечатление, которое было бы идеальным."<br /><br />"Ждём ответа Вэня."<br /><br />"Да. Наконец-то возможно общаться с Чи без ограничений невесомости. Я доволен."urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:48070"Пасынки Вселенной"2009-04-28T05:48:38Z2009-04-28T05:48:38ZВсе помнят эту книгу Хайнлайна, да? На всякий случай напомню - Корабль, проект "Джордан", "первым Хафф согрешил, будь он проклят навек!", мьюты, Джо-Джим, Хью Хойланд.<br /><br />"Теперь у нас всегда будет много доброй еды".<br /><br />Как оно заканчивается - помните тоже. Надеюсь. Джо-Джим умирает, прикрывая отстыковку шлюпки с Аланом и Хью от главного корабля (партия Нарби решила, что в завершение Полёта она не верит и поступила соответственно). Потом перечисление цепочки удач - сесть на пригодный для жизни спутник, не разбиться, не задохнуться, ещё какие-то там "не".<br /><br />И оптимистичный финал... оптимистичный? Напоминаю, на поверхности планеты теперь есть шлюпка с двумя мужчинами и то ли тремя, то ли четырьмя женщинами. Основной Корабль, в котором народу на два порядка больше - летит мимо планеты и завершать Полёт на нём никто не собирается. Даже в том невероятном случае, если Хойланд решит на последней имевшейся на этом корабле шлюпке вернуться обратно - его просто убьют, и хорошо если посмертно сделают святым.<br /><br />Это ужас какой-то. В итоге все усилия были напрасны. Революционер получил результат революции только для себя... а следовательно - ни для кого.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:47692Новый рассказ. "Тень".2009-04-16T16:20:26Z2009-04-18T11:58:30Z<a name="cutid1"></a>Я помню день, когда мы впервые поссорились. Помню блёклые искры дождя за приоткрытым окном в отблесках электрического сияния, жгучую пустоту в груди - и пахнущий молниями воздух большого города был для меня душен, его не хватало. Помню секунду, когда понял, что забыл ритм твоего дыхания - и помню страх, что сам сейчас перестану дышать.<br /><br />Я не помню, как вышел на улицу - но помню, как скатывались капли по комбинезону, не оставляя следа в этой ночи - последней ночи перед тем, как наступит утро, в котором я должен буду жить как-то иначе. Помню, как пытался вспомнить тебя - и как попытки вспомнить исчезали в пустоте вместе с попытками дышать ровно и вытолкнуть попавшую в грудь искру космоса. Кто сказал, что космос красив? Он прав - но красота не делает проще и приятнее время, когда космос заполняет тебя изнутри.<br /><br />Я помню поворот, помню лёгкий скрежет камня под ботинками, и шероховато-колючее прикосновение стены дома к подушечкам пальцев - более живое и настоящее, чем касания многих живых. Помню двор, и то, что стояло в нём, то, что я видел во снах много раз. Корабль. Послушный и нежный - больше, чем люди. Этот полупрозрачный, устремлённый вверх, стилизованный под первые земные ракеты - но не нуждающийся в примитивном топливе силуэт. Чудо, способное за несколько дней доставить своего пилота к любой звезде - лишь назови её или покажи на карте...<br /><br />Помню, как отвёл глаза, и как "Тень" (так был назван этот корабль в моих снах ещё годы назад) затуманилась и исчезла, оставив лишь пустой холодный двор. Помню взгляд, брошенный в колодец неба над собой - и понимание, что я мёртв, а пришедшее ко мне и воплотившееся для меня чудо - только последнее видение умирающего мозга.<br /><br />Помню, как я вновь взглянул прямо на то место, где только что стояла моя мечта - и вновь увидел её. А потом - поднялся по заботливо спущенному автоматикой корабля трапу, окунулся в ровное электрическое сияние корабельных отсеков, и в неподвижный, пахнущий антисептикой воздух. И понял, что снова могу дышать.<br /><br />А потом - потом была корабельная рубка, и неподвижные искры за окном. Пустота ушла из меня, растворившись в бесконечной пустоте снаружи. Но может быть - это только казалось. Я выбрал Сириус А, и пространство сместилось. Часы и дни тихого ожидания, незаметные и ненавязчивые роботы-стюарды, приносящие синтезированную еду... никакой жизни, никаких неожиданностей, покой, тепло и покорность творения неизвестного разума. Может быть, "Тень" пришла из будущего. Может быть - из другого измерения. Может быть - она создана моим желанием остаться в покое и рождена искрой космоса, которую я вдохнул той ночью... не знаю. Но время шло, и я был неподвижен в потоке времени.<br /><br />Когда экран залило белое сияние чужой звезды - я велел "Тени" лечь на близкую орбиту и представил, как жесткая радиация омывает защитные поля моего корабля, не в силах проникнуть внутрь. Несколько секунд ощущения власти над звездой, потом - смена приказа и поиск планет. Лишь посмотреть и увидеть то, что в ближайшие годы не увидит никто из людей, кроме меня самого.<br /><br />Поиск не был успешен, и сенсорам "Тени" отвечали только отголоски древнего Взрыва и крик самого Сириуса и его меньшего спутника в радиодиапазоне... что же. Я сменил курс. К иной звезде, теперь - к ближайшей, к той, что в Кентавре. И всё повторилось, но цвет и размер был иным. Данные заполняли банки памяти корабля, мои глаза следили за пустотой, в которой висели огромные сгустки газа. Раз за разом, десяток за десятком... я видел пульсары, видел разогретые туманности, готовые стать новыми звёздами. Видел Новую, видел звёзды, что похожи на Солнце, те, что станут подобными ему, те, что когда-то были - и те, что никогда не будут.<br /><br />Но не было планет, и не было жизни. И не было для кого сохранить всё, что наполняло меня теперь - вместо пустоты. Я пробовал писать стихи и рассказы, пробовал рисовать, пробовал сочинять музыку. Всё тщётно, и покинувший меня космос неслышно смеялся за обшивкой "Тени".<br /><br />Наконец - на шестом месяце по корабельным часам - сенсоры гравитации поймали незаметное искажение, и через пять часов я ступил на планету. Синие искры силового поля окутывали меня подобно комбинезону - но в этот раз вместо дождя были струи желтого аммиачного тумана, как заботливо и отстранённо доложил мне робот.<br /><br />День исполнения мечты, день достижения цели... чувствовать под ногами неровную твёрдость, ощущать головокружение от лёгкой разницы силы тяжести на корабле - и здесь. Смотреть на горы, искривлённые так, как это никогда не может быть на Земле.<br /><br />Я поднял с изрезанной трещинами поверхности под ногами белый камень - и он рассыпался в прах. Здесь не было жизни. Как нет её нигде во Вселенной. Я понял это внезапно и окончательно.<br /><br />...<br /><br />Сейчас я сижу в корабле. До подхода к очередной солнцеподобной звезде осталось меньше часа.<br />Да. Когда я создавал "Тень" - я ни разу не подумал о возвращении. Поэтому - корабль не знает, как вернуться на Землю, однажды взлетев с неё... и остаётся только перебор бесконечности внутри бесконечности.<br /><br />Космос смеётся за гранью моего корабля. Он победил. Почти.<br /><br />Если до следующего сна я не увижу твои глаза - я открою люк и вдохну его.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:47515clancynorthwind @ 2009-03-27T07:30:002009-03-27T04:36:26Z2009-03-27T04:36:26ZОн был актёром, и даже зеркала завидовали его умению отражать людей. Когда он выходил на сцену, требовалось не более минуты, чтобы зрители забыли об уродливой родинке на его верхней губе, о том, что он хром - и вместе с ним ушли в придуманный мир.<br /><br />Выспренные и мрачные слова клятв средневековых королей, торопливая скороговорка римского шута, дрожащий на грани слёз, спрятанных под гневом, голос страдающего от ревности супруга - всё это было в его голосе и принуждало отводить взгляд от уродливого лица. Верить, что оно - прекрасно, так же, как речь и резкие, плавные, нервные, успокаивающие - всегда такие как нужно - жесты рук и движения послушного тела.<br /><br />А потом опускался занавес, приходила ночь и вскоре актёр смотрел в звёздное небо, наклеенное на потолке его спальни. Небо улыбалось ему - как настоящее. И в ответ получало такую же настоящую улыбку.<br /><br />Усталый живой человек смотрел в зеркало и успокоенно видел там привычную бородавку над губой.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:47273clancynorthwind @ 2009-03-22T12:14:002009-03-22T09:48:45Z2009-03-22T09:48:45Z<a name="cutid1"></a><br /><br />"Итак, мы покинули Землю".<br /><br />"Ориентировочное время прибытия на Марс - 20-е февраля. Время есть, безопасность - тоже."<br /><br />"Пересеклись с поисковой группой "Евфрата". При помощи офицера SDV 'Independence' их удалось убедить в том, что я сбежал и умер в процессе побега. Впрочем, не без жертв с нашей стороны"<br /><br />В этом месте в запись врезана фотография шаттла, сгорающего в атмосфере.<br /><br />"На линкоре нас нашёл Смит. Как выяснилось - он киборг, являющийся при этом федеральным либо межнациональным агентом. Мы получили выбор - либо вернуться на Землю и в течение 10 лет умереть там вместе с 99-ю процентами живущих на планете, либо принять работу на государство, связанную с загадкой станции "Восток".<br /><br />"Мы выбрали второе. Смит пояснил, что русская лаборатория в Антарктиде исследовала киберсварм, захваченный у пиратов в лаборатории в поясе астероидов. Сварм оказался саморазмножающимся, эволюционирующим и крайне агрессивным. Кроме того, его интеллект наращивается в зависимости от количества стай сварма в радиусе действия их связи. Что составляет приблизительно 600 миль".<br /><br />"Теперь у нас в руках есть чип с записью штурма базы и данными по пиратам. Пираты не выглядят достаточно умными для того, чтобы создать настолько сложную технику. Впрочем, трупа командира нет, хотя он и "считается убитым". Ангар пуст - почти наверняка кому-то удалось скрыться. Запись отредактирована - на ней нет указаний на то, какой именно русский корабль атаковал пиратскую базу. И невозможно поймать ни одного отчётливо снятого лица."<br /><br />"Смит сказал, что хочет, чтобы мы нашли создателя сварма. Я ему не верю. Во-первых, в этом нет смысла. Во-вторых, он не выглядит как человек, который хочет то, о чём просит. Более того, он также сказал: "Вы не единственная поисковая группа""<br /><br />"Отчёт о прошедших снах. Как и изложено выше - в Антарктиде бесконечная сила. Смит будет бесконечно эффективен против неё, но не все столкновения бесконечностей дают конечный результат. Я попробовал предупредить его о том, что нет смысла идти в Антарктиду. Он меня услышал, но не понял."<br /><br />"Кроме того, меня не должно быть на станции "Восток"."<br /><br />"Чи также не доверяет Смиту, Шино выглядит потерянным и не понимающим своего места."<br /><br />"Я решу эту задачу. Не знаю как - но я её решу."<br />urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:46898Игра в апельсины2009-03-15T04:37:06Z2009-03-15T04:37:06ZЭто идея, подхваченная мной от <span class='ljuser ljuser-name_nikab' lj:user='nikab' style='white-space: nowrap;'><a href='http://nikab.livejournal.com/profile'><img src='http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif' alt='[info]' width='17' height='17' style='vertical-align: bottom; border: 0; padding-right: 1px;' /></a><a href='http://nikab.livejournal.com/'><b>nikab</b></a></span>. Я редко участвую в подобных "эпидемиях", но сейчас...<br />Итак, правила.<br /><br />Оставляете комментарий с желанием передавать апельсины дальше. Я смотрю на ваше имя, вспоминаю то, почему я к вам привязан, почему вы мне нравитесь, что в вас хорошего... и пишу для вас что-то, чтобы выразить это чувство. В моём случае "что-то" (скорее всего) будет очередной сказкой. В других руках может быть и цитатой, фотографией, стихотворением, просто парой тёплых слов.<br /><br />И готовите горку солнечных апельсинов у себя в ЖЖ, продолжаете цепочку слов любви и тепла своим знакомым.<br /><br />Ограничения - технические.<br /><br />Боты не играют. Те, с кем я АБСОЛЮТНО не знаком... я не смогу быть искренним, если не знаю вас хотя бы краем, но по крайней мере - оставьте в комменте линк на вашу раздачу апельсинов :)<br /><br />Срока давности у этого поста нет, но он будет явным образом закрыт, если я почувствую, что повторяюсь и фальшивлю.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:46797clancynorthwind @ 2009-02-21T11:31:002009-02-21T08:37:50Z2009-02-21T08:39:03Z<a name="cutid1"></a>"Через два часа приедет Дмитрий Степанович Сенексов. Шин выдернул его из Москвы, купил ему билет к нам на ближайший рейс."<br /><br />"Итак, о вчерашнем дне. Шину не понравилось то, что гепард выложил свои фотографии на демонстрацию одноклассникам. Интересно, что Чи так и не понял, в чём была его ошибка. Я пытался объяснить, что люди делят красоту на принадлежащую только себе и доступную для обозрения другим - и натыкался на "я хотел показать куртку, а они ничего не поняли...". Самый простой способ решения проблемы - сделать две серии фотографий. Одну для Шина - без куртки и без штанов, вторую - для одноклассников - в куртке, в штанах и с пистолетом. Тогда внимание зрителей будет направлено именно туда, куда хочет гепард."<br /><br />"Город большой, и его жители очень полагаются на автоматику. Да, у Шино тоже есть кибер-уборщики, но когда входящий в кафе направляется киберсвармом к свободному столику... неуютно. И вокруг слишком шумно и жужжит. Сам воздух шумит, когда в нём пролетает штук пять флаеров у тебя над головой. Чи водит хорошо, но не очень уверенно, напрягается на поворотах и слегка путает дорожную разметку. Впрочем, я водить не умею, отслеживаю только его собственное поведение. Когда он понимает, что ошибся секунду назад - это видно."<br /><br />"Другие фелиции и правда скучноваты, и Чи действительно что-то необычное. "Злые хуманы угнетают", "Хоть бы они все сдохли", и тому подобное."<br /><br />"Все покупки за меня делал Чи. Есть одно преимущество - в Евфрате мне давали одну шоколадку в неделю, здесь я могу купить сразу десяток. И купил."<br /><br />"Ещё он любит смотреть журналы с рисованными картинками. Ещё одно подтверждение его увлечения пантерами."<br /><br />"Теперь о станции. Наёмники добыли запись, на которой видно, как беспилотник пролетает мимо обломков полуразобранного вертолёта. Затем беспилотник падает без видимых причин. Потом так же без видимых причин - уже в лагере наёмников - двое задыхаются от чего-то похожего на астму. Потом перестрелка со странными фигурами в снежных комбинезонах. На этом запись заканчивается. Учитывая предположение Эндимиона - киберсвармы, контролирующие человеческие тела."<br /><br />"Мистер Смит принял эту информацию как ценную. Добавил, что на снимке - русский военный вертолёт. По оценкам Шина это или киберсварм нового поколения, или какое-то биологическое оружие. Шин намекнул им, что "по заслуживающим доверия сведениям" ситуация может выйти из-под контроля и захватить большую часть Земли. Я польщён этим доверием, хотя и понимаю, что это может быть опасно. Лишняя ниточка от моей работы к Евфрату."<br /><br />"Заканчиваю запись, потому что меня срочно вызывает к себе Шин."<br />urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:46452clancynorthwind @ 2009-02-21T10:54:002009-02-21T07:59:17Z2009-02-21T08:03:11Z<a name="cutid1"></a>На этой записи Лайт очень сонный, речь медленна и прерывается зевками. Периодически слышна долгая пауза и сонное сопение фелиции. Но через две-три минуты речь продолжается... до следующего перерыва.<br /><br />"Съездили с Чи в город... день приключений. Не забыть - я хотел сделать интимные фотографии Чи. В подарок."<br /><br />В этом месте первый длинный перерыв.<br /><br />"Там очень много впечатлений, ярко и шумно, и так быстро меняются картинки... *зевок* Станция... на станции пусто. Но беспилотник упал. И два наёмника погибло от удушья. Биологическое оружие?"<br /><br />Очередная пауза.<br /><br />"И Эндимион говорит, что те фигуры на записи - не живые, живые так не двигаются..."<br /><br />После получаса сонного мурлыкания запись прекращается и тут же "соединяется" со следующей.<br /><br />Теперь Лайт выспавшийся, настороженный и взъерошенный, это слышно даже в голосе. И, несмотря на содержание записи - Лайт счастлив.<br /><br />"Лайт 'Дрим' Нолтон, отчёт от 10-го января 2100-го года.<br /><br />Не позднее чем через две недели с Земли будет не выбраться. Достоверность видения - абсолютная.<br /><br />[включается анимированная сцена]<br /><br />Земля, вид из ближнего космоса. Космические корабли всех основных крупных альянсов (автоматические и пилотируемые) со знаками США, Индии, Китая, России, Евросоюза висят над планетой. Их много, более 50 штук только в радиусе обзора камеры. Камера медленно поворачивается, демонстрирует, как взлетающие с Земли космические корабли разлетаются на обломки и обломки обломков под лазерным и ракетным залповым огнём орбитальных "блокадников". Отчётливо видно, что огонь не прекращается даже после уничтожения корабля, следующие за первым залпы разбивают обломки в мелкую пыль.<br /><br />[cпустя минуту демонстрации анимированная сцена выключается]"<br /><br />Я решил эту задачу. Головоломка сложилась. Я не знаю, ЧТО нанятые нами люди выпустили со станции "Восток", но мне - нам - пора уходить. Срочно.<br /><br />Конец отчёта.<br /><br />Впрочем, время ещё есть. Отчёт о поездке в город и о других событиях вчерашнего дня - позднее."<br /><br />[на этом запись кончается]<br />urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:46255clancynorthwind @ 2009-02-13T20:55:002009-02-13T17:58:41Z2009-02-13T17:59:38Z<a name="cutid1"></a>Запись начинается с анимации. Это снова земной шар, но теперь в атмосфере колеблется полупрозрачная туманная дымка. Иногда её клочья выплёскиваются наружу, уходя за пределы наблюдаемого пространства. Потом извне прилетает "скорлупа" прошлого видения - по кусочкам, собираясь в цельное яйцо. Дымка не может проникнуть сквозь скорлупу. Следующим кадром тень Земли окутывает планету, замещает собой дымку. Тень также тянет языки к скорлупе, но тоже не может пробить её.<br /><br />В течение всей этой записи слышно, что Дрим говорит немного медленнее, чем обычно, и у него плывёт тембр голоса.<br /><br />"Достоверность видения... высокая. Я не понимаю, что это значит. Но это что-то, что буквально витает в воздухе. Всё, что я делал вчера - общался с Чи и смотрел телевизор. Больше - ничего. Значит, следует продолжить тот же режим."<br /><br />"День прошёл никак. Чи стреляет лучше меня - как из лазера, так и из обычного пистолета. Русский информатор Шина - Дмитри Степанов - не смог выяснить ничего по станции "Восток". Шин не одобрил мою идею о покупке рейда русской подводной лодки, чтобы запустить ракету со сканерами без боеголовки за забор. Эндимион договорился о сканировании объекта."<br /><br />"С Чи всё оказалось намного проще, чем я думал. Теперь у меня есть для кого жить. И я приложу все усилия, чтобы вытащить его с Земли до того, как всё накроется крышкой.<br /><br />"Мне страшно"<br /><br />urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:45972clancynorthwind @ 2009-02-13T10:47:002009-02-13T07:50:43Z2009-02-13T08:35:01Z<a name="cutid1"></a>Ровный голос Лайта: "С вечера вчерашнего дня (приблизительно 20 часов 6-го января) я испытываю неясную тревогу. Мне неуютно. Я не в состоянии локализовать источник тревоги. Более того, мои ощущения ясно говорят мне, что я должен покинуть Землю. Земля станет неуютным местом."<br /><br />"Плохо то, что нет никакой детализации. Возможно, это связано с Евфратом. Возможно (или даже вероятно) - с "Востоком". Возможно, нет никакой связи, и происходит что-то третье. Возможно, наконец, что на пятый год работы я всё же сломался и сошёл с ума."<br /><br />"Уточняю то, что известно: Чи это не чувствует. Когда я пытался ему сказать, что тут плохо - он просто меня не понял."<br /><br />"Зона будущего действия - равномерна и повсеместна. Как минимум оно уходит за горизонт. Я смотрю вокруг и не вижу ни одного места, где мне было бы спокойно."<br /><br />"Я не являюсь центром того, что происходит. Это ослабляет приоритет предположения, что Евфрат обнаружил меня, но не проясняет ничего большего."<br /><br />"Чтобы устранить угрозу или уйти от неё - следует покинуть Землю. Это единственное, что я знаю точно."<br /><br />"Временной интервал неизвестен. Исходя из статистики моей работы на Евфрат - 80 процентов за то, что у меня меньше трёх месяцев. Не могу установить ограничения снизу. Конец отчёта."<br /><br />"Чтобы сфокусировать тревогу - пытался изучать все источники о конце света. Библия, Сумерки богов, Малвиль, микроскопические чёрные дыры. Ядерное оружие, биологическое оружие, химическое оружие, радиооружие. Не помогает. Шин прячет свои следы, я не могу посмотреть книги, которые он открывал последними".<br /><br />После долгой паузы вновь голос Дрима, но теперь он более спокоен и расслаблен.<br /><br />"Сегодня Шин решил, что надо лететь в Россию. Это было бы очень интересно (хотя Чи боится медведей, холодов, гулага и русских), если бы нас не задержали в аэропорту по подозрению в контрабанде генного материала. Мои данные расходятся с данными в моих документах, и я всерьёз рассматривал вариант убийства полицейских. Тем не менее Шин предпочёл решить проблему иным образом и вручить взятку. Общие расходы составляют более миллиона долларов за три часа - это стоимость четырёх фелиций модели-два и примерно половина моей реальной стоимости. Да, и ещё теперь у меня есть удобный комбинезон в цвет меха" (подтверждающая фотография)<br /><br />"Связанные вопросы и проблемы: теперь в официальных структурах находится образец моего генного кода. Лишний след для Евфрата. Надеюсь, Шин решит этот вопрос. Зачем Шин повёз меня в аэропорт, не озаботившись документами, которые выдержали бы проверку? Зачем лететь в Россию, чтобы решать проблемы в Антарктике? (схематично-поясняющее изображение глобуса с треугольником красных стрелочек из США в Россию и в Антарктику). Также в этом аэропорту было слишком много людей. Возможно, я и мои передвижения уже под контролем Евфрата. Зачем провозить генный материал в формате фелиции? Обвинение выглядит надуманным и неестественным. Возможно, оно сделано, чтобы быть таким."<br /><br />Снова долгая пауза.<br /><br />"Вечером, как и предполагалось, я был в комнате у Чи. Смотрел, слушал и запоминал. Он действительно крайне неровно дышит к котам первой модели. Сериал прост, интересен и привлекателен, как и сам Чи. Простая история про то, что хорошие парни не всегда побеждают... сразу. Особенности первой модели показаны слегка утрированно. Заметно, что он подростковый. Понятно, почему он не понял, что нас отпустили за взятку. В фильмах нечистых на руку убивают." (несколько подтверждающих кадров с киношным гепардом в боевой стойке, с взятым крупным планом лицом не менее киношного негодяя. Глаза выпучены, на жирных щеках капли пота).<br /><br />"Чи, похоже, абсолютно не понимает, что я его хочу. Впрочем, пока мне достаточно видеть, касаться и фотографировать его. Вот лучшее, что получилось:" (две фотографии гепарда в куртке, вид сбоку-сзади. Нижняя рамка кадра - выше колен и ниже талии. Верхняя - довольная пятнисто-усатая морда. Ничего непристойного, но поскольку куртка коротковата - фотография явно "14+")<br /><br />"По крайней мере с ним отвлекаюсь от этой тревоги. Шин велел не засиживаться допоздна. Посмотрю вечерние новости и спать."<br />urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:45663clancynorthwind @ 2009-02-12T19:58:002009-02-12T17:01:35Z2009-02-12T21:11:22Z<a name="cutid1"></a>Запись начинается картинкой: Земля, вид из космоса. На уровне приблизительно средних орбит Землю окутывает белая полупрозрачная "скорлупа". Затем тень Земли расширяется, накрывая планету.<br /><br />Комментарий Дрима Нолтона: "Достоверность видения - низкая".<br /><br />Несколько секунд молчания, после паузы картинка исчезает, остаётся только голос.<br /><br />"Вчера я демаскировал себя. Я не могу не работать так, как предназначен. По крайней мере это не будет работа на Евфрат, и мне очень симпатичны Шин и Чи"<br /><br />Прорисованный контуром-штрихом "карандашный" чёрно-белый рисунок человека и фелиции чуть выше пояса. Затем фелиция получает цвет и объём, видно, что это очень, очень серьёзный гепард в футболке и куртке. Человек рядом с ней чуть выше.<br /><br />"Чи крайне быстр и эффективен в спарринге. Я с трудом выиграл у него один раунд из трёх на ножах. Любопытен и наивен. В голове мешанина из фильмов и реальной жизни".<br /><br />Голос другой фелиции, не менее серьёзный, чем её же внешний вид: "В фильмах такие всегда всё рассказывают, особенно если пошипеть и палец откусить".<br /><br />Вновь подключается голос Дрима:<br /><br />"Похоже, что у него всё написано на лице. Должен признать, что он не менее эффективен, чем "модель-один". Необычен, искренен, интересен, привлекателен. Если считать, что Шину нужен не просто телохранитель - это очень хороший выбор. Я должен признать, что был неправ в раннем мнении о представителях "модели-два". Следующие дни я буду проводить с ним рядом."<br /><br />В кадре появляются двое людей европейского вида в пиджаках. Один высокий, второй приземистый и коренастый.<br /><br />Комментарий: "Шин получил заказ: узнать, что происходит на станции "Восток" в Антарктиде. Станция не вышла на связь 30-го декабря, но радар, сканирующий выделенный ей участок околоземного пространства, продолжает работать. Эта задача кажется мне интересной. Её интересно фантазировать. Проверить: сейсмологию, биохимию. Проверить, действительно ли станция не выходит на связь. Также см. <ссылка на предыдущую запись дневника>."<br /><br />Вспышечное изображение робота высотой около семи футов. Робот окрашен в белый цвет с частыми ярко-красными пятнами.<br /><br />"Эндимион Второй, гость дома. Сидит в мастерской, создаёт скульптуры. Мне кажется, что я что-то упускаю - но он необщителен."<br /><br />Изображение киберсварма - роя маленьких металлических ос. Изображение камня-осколка.<br /><br />"Интересно, успею ли я решить задачу станции "Восток" до того, как придёт Евфрат? Этот дом не выдержит атаку трёх десятков фелиций "модели-один". Кстати, похоже, что Чи неравнодушен к ним. Договорюсь провести вечер вместе, посмотрю его сериал и поглажу его самого."<br /><br />"Вопрос: зачем Шину Ямато две фелиции?"urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:45532clancynorthwind @ 2009-02-11T20:23:002009-02-11T17:28:11Z2009-02-11T17:29:08Z<a name="cutid1"></a>Запись представляет собой комбинацию нескольких анимированных трёхмерных сцен. Периодически запись останавливается, голос Лайта Нолтона комментирует только что прошедший отрезок. Затем "мультфильм" продолжается.<br /><br />Покрытые инеем коридоры и переходы станции "Восток". Серо-пятнистая фелиция (похоже, Лайт), вид из-за его плеча сбоку-сзади. Коридоры изгибаются, переплетаются и меняют положение на глазах. Неясные тени, медленно летящие пули, иногда взмахи когтистых лап, проявляющихся из невидимости.<br /><br />Пауза и комментарий: "Расшифровка: на станции есть опасность. Недостаточно данных о природе опасности. Запрос на уточнение и расширение сведений о возможном противнике"<br /><br />При переходе из одного строения в другое камера взлетает и берёт крупным планом колючую проволоку и повёрнутую внутрь лазерную турель.<br /><br />Пауза и комментарий: "Расшифровка: опасность исходит изнутри станции. Зачем нужна внешняя оборона в Антарктике?"<br /><br />Количество врагов нарастает, их форма и внешний вид остаются неясными. Несколько раз камера содрогается от прошедших ударов, фелиция явно движется медленнее.<br /><br />Пауза и комментарий: "Расшифровка: идти внутрь одному и без подготовки крайне опасно".<br /><br />В кадр входит Смит. Часть выстрелов и ударов "теней" теперь приходится в него, но он остаётся безразличным. В правой руке у него сигара, левой он берёт фелицию за шкирку и выкидывает её через окно.<br /><br />Пауза. Комментарий спустя несколько секунд: "Возможная расшифровка: Смит знает о станции намного больше, чем говорит. Смит не хочет, чтобы мы оказались на станции. Смит не враждебен нам". В голосе Дрима нотки неуверенности.<br /><br />Фелиция вновь идёт по льду, заходит в одно из строений. Врагов больше нет. Входит в лифт. В лифте около двух десятков кнопок, фелиция нажимает кнопку "1". Двери лифта закрываются.<br /><br />Пауза. Комментарий: "Расшифровка: следует опуститься вниз. За пределы видимости спутников. Спутники есть у тех, кого представляет Смит".<br /><br />Мультфильм застывает на этом кадре. Голос Дрима:<br /><br />"Априорно-логическая оценка достоверности видения невозможна. Недостаточно данных. Интуитивная оценка достоверности видения - высокая".<br /><br />Голос становится чуть более спокойным и расслабленным:<br /><br />"Запись о прошедшем дне сделаю потом, если будет свободное время. Сейчас эту запись следует предъявить мастеру Шину Ямато."urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:45171clancynorthwind @ 2009-02-11T12:15:002009-02-11T09:26:57Z2009-02-11T10:41:55Z<a name="cutid1"></a>Чи спит. Не забыть: Заказанный тир, спарринг, Шин (невысокий азиат), невидимый робот-скульптор? камень. Антарктида, станция "Восток", русские. Заказчики: два европейца, высокий с сигаретой в руках и коренастый (Смит и Джонс). 30 миллионов. Чи не так плох. Не забыть вопрос: куда идти, когда окажусь рядом со станцией. Конец.urn:lj:livejournal.com:atom1:clancynorthwind:44881clancynorthwind @ 2009-02-10T11:14:002009-02-10T08:20:35Z2009-02-11T09:28:51Z<a name="cutid1"></a>Ночь с 4-е на 5-е января 2100-го года.<br /><br />Изображение фелиции в зеркале - серый полукот-получеловек с мелкими пятнами и кисточками на ушах. Жёлтые глаза. Очень худ для своего роста, но рост неясен, поскольку неясен масштаб.<br /><br />К изображению подключается голосовая запись. Голос нетороплив и монотонен.<br /><br />- Это я, Лайт "Дрим" Нолтон. Не люблю эту кличку, но она ставит на место. Лучше называть просто Лайт, если не опекун и не заказчик.<br /><br />- После побега я получил несколько дней жизни. Если тот, кто просматривает эту запись - из Евфрата (рядом с фелицией всплывает логотип корпорации "Биогеник Евфрати" - буква "Е", обвитая двойной спиралью ДНК) - значит, я вернулся в смерть. Вы привыкли к послушным фелициям, назначенным для служения. Вы и меня сделали для того, чтобы работать на вас и искать вам решения. Это приятно. Думать - приятно. (логотип Евфрата и фелиция растворяются. Книга с шелестящими страницами, трёхмерный экран телевизора, заполненный серой рябью, компьютерный экран, таблицы и слова на нём. Изображение схлопывается в точку и растворяется, на экране снова Дрим, сидящий по-турецки лицом к зрителю).<br /><br />- Кошки ленивы и нелюбопытны, это всем известно. Я видел "модель-два". Нет цели, кроме приказов опекуна, и желаний - кроме места для сна, еды и общения. Главная тема для споров - кто больше выжмет на тренажере, кто кого победит в спарринге. Вы не даёте им невозможных задач, и они верят, что победят всё. И пойдут на пули, защищая хозяина. В фильмах боевые фелиции рвут всех. Не все выдержат столкновение с реальностью.<br /><br />Лицо Дрима крупным планом, расправлены и подняты вибриссы.<br /><br />- Они счастливы и живы. Я тоже счастлив и жив. Теперь, когда я не в комнате с белым потолком, кроватью, сортиром и компьютерным терминалом, по которому приходит только то, что, по вашему мнению, нужно для решения ваших задач - я буду жить. Я буду собирать мир, ловить каждое впечатление. Читать те книги, которые захочу читать, смотреть те фильмы, которые захочу смотреть. Я осмотрю каждую комнату этого дома. Я запомню всё, что смогу запомнить. Я познаю своего напарника - так полно, как это возможно. Я помогу опекуну, если он окажется этого достоин - и уйду дальше, если нет.<br /><br />- Я буду решать задачи для себя. А не для вас. Видеть свои сны.